December 7th, 2016

"Это называлось - "Мы готовы к войне" О, сволочи, авантюристы, безжалостные сволочи!"

Читаю дневники Ольги Берггольц, впечатление замечательное, самое интересное что я прочитал за последний год - это мемуары любовницы актера Миронова Егоровой, воспоминания вдовы Ландау и вот Берггольц. Ее слова о начале войны, обращенные к советским начальникам: "Это называлось - "Мы готовы к войне" О, сволочи, авантюристы, безжалостные сволочи!" Вообще все эти разговоры, что тогда никто ничего не понимал, это разговоры для бедных, тогда все и все понимали, секту фанатов коммунизма не берем в расчет, их было не больше, чем сейчас сторонников у Кургиняна. Берггольц пишет, что она не понимала смысла войны с Финляндией, а этого смысла и не было, что мы сейчас видим очень хорошо. Она пишет, когда уже немцы оккупировали Югославию и взялись за греков, что те обречены и мы на очереди, а ведь она не начальник советского генштаба. Но она молила судьбу, чтобы начальники Совдепии смогли бы избежать войны, понимает, какая она будет страшная, что погибнет ее муж Коля, что скорее всего, погибнет она, ее отец. Она издевается над пролетарским интернационализмом, пишет, что эти европейские пролетарии придут к нам и всех с радостью поубивают, но у нее была капля надежда, что советские начальники как-то отвертятся от войны, но она же и понимает, что они слишком глупы для этого.И все это пишет не белогвардейка какая-нибудь, а член ВКП (б), известная советская поэтесса, т.е. раздвоение личности, как у большинства советских тут налицо. Но еще она молодая женщина, и здесь не менее интересно. Она любит своего мужа Колю, в тоже время у нее есть любовник, с которым она расстается потому что тот охладел, в это же время у нее намечаются и полным ходом идет подготовка к очередным двум романам, и еще ей 31 год и она задумывается - не бросить ли Колю, не выйти ли замуж за А., этого А. она не любит, но этот видно в отличие от ее Коли человек при власти или деньгах, она считает, что ее женской жизни осталось всего лет пять, и если потом будет материальное благополучие, то "на хер мне все эти польта" - пишет она. При этом надо учесть, что дама только что вышла из советских застенков, она потеряла там ребенка. Вот такая энергия жизни! При этом она увлечена алкоголем, при этом у нее большие проблемы с психикой после тюрьмы. И тем не менее, какое желание жить, получать свое женское счастье отовсюду, где можно, желание писать, публиковаться, и все это на фоне того, что скоро "придут немцы и всех убьют". Отца, ее кстати, из-за его немецкой фамилией в начале же войны вызвали в НКВД, этому пожилому человеку предложили сотрудничество, ну понятное дело, стучать на дочь. Он отказался, его отправили куда-то на Север работать. Какая великая литература могла бы вырасти из всего этого, какой великий анализ человеческого общества, но видно потенциальные творцы все погибли, все кроме Солженицына.

В полях за Вислой сонной
Лежат в земле сырой
Серёжка с Малой Бронной
И Витька с Моховой,

Умные ребята

Чем эти ребята мне нравятся, так это своим умом:
Депутат Госдумы Валерий Рашкин подготовил законопроект (есть в распоряжении RT), запрещающий оспаривать результаты революции. Согласно законопроекту, за «распространение заведомо ложных сведений о деятельности Красной армии» и «оспаривание результатов революции 1917 года» может быть введено наказание — штраф до 300 тыс. рублей либо лишение свободы на срок до трех лет. За то же самое преступление с привлечением СМИ или с использованием служебного положения авторы инициативы предлагают ввести штраф до 500 тыс. рублей и лишение свободы на срок до пяти лет.

В пояснительной записке Рашкин указывает, что, по его мнению, в России может сложиться опасная ситуация в связи с появлением параллельной альтернативной истории с собственной мифологией, героями и их трактовкой. По такому пути, отмечает депутат, уже пошла Украина, где в сосуществовании двух историй победила нацистская — во главе со Степаном Бандерой. В России Рашкин видит похожую тенденцию".

Т.е. в голове товарища Рашкина существует некий курс истории, вроде истории КПСС или истории СССР, по которым сейчас учат? Давать три года тюрьмы или пять - это не проблема. Проблемы в другом - написать этот самый эталонный курс истории, законодательно сделать его безальтернативным. Понятно, что все это можно сделать только введя некую государственную идеологию, товарищи Рашкины хотят чтобы это была какая идеология? Марксистско-ленинская? Ну нехай будет. Но тогда порядок действий должен быть другой: сначала вводим эту самую большевистскую идеологию, вот тогда на основании этой идеологии можно написать новый курс истории. После чего необходимо ввести цензуру, ибо только профессиональный цензор может знать, что верно, а что противоречит данной идеологии и данному историческому курсу. И вот тогда да, кто нарушил, того в тюрьму.